Роберт Шиллер: Нарративная экономика. Новая наука о влиянии вирусных историй на экономические события

Миром правят не деньги, а истории. О биткоине, который стоит тысячи долларов, потому что люди в него поверили. О компаниях-гигантах, которые «не могут» обанкротиться. О ценах на акции, которые «обязательно» обвалятся в следующем месяце. Роберт Шиллер первым обратил внимание на то, что экономические модели на базе вирусных историй — нарративы — получаются более точными. И получил за это Нобелевскую премию. Согласно его теории, благодаря изучению историй, подкрепленных верой людей и принимающих форму «информационной эпидемии», можно строить более точные прогнозы. Такие прогнозы способны подготовить человечество к экономическим потрясениям и уменьшить их потенциальный ущерб. Именно об этом и рассказано в «Нарративной экономике». Роберт Шиллер — американский экономист, профессор экономики, лауреат Нобелевской премии по экономике за 2013 год, автор бестселлеров New York Times. «[Шиллер] исследует, как субъективные представления общественности могут сформировать экономические тенденции... Разумная, долгожданная альтернатива деспотичному влиянию математических моделей экономики». — The Economist «Провокационно... Очень своевременно в нынешнюю эпоху одержимости социальными сетями. Потому что нарративы — как истинные, так и ложные — можно распространить по всему миру всего за пару кликов, оказав тем самым влияние не только на экономику, но, в конечном счете, на баланс геополитических сил». — МЭТТ ШИФРИН и АННА КОРРАДИ, Forbes «С идеей о том, что человеческое поведение может влиять на рынок, согласится большинство трейдеров... Однако в своей “Нарративной экономике” Шиллер подходит к данному вопросу намного шире и глубже, рассматривая то, как истории, которые мы рассказываем об окружающем нас мире, определяют наше поведение... Он утверждает, что экономисты должны анализировать в том числе и их, если хотят хоть как-то повысить качество собственных прогнозов таких масштабных событий, как рецессии, “пузыри” на рынках активов, и то, как люди будут на них реагировать». — РАНА ФОРУХАР, Financial Times