Павел Мордовин: Колёсные пароходо-фрегаты (1817-1880)

Необъяснимое почтение Императора Николая I перед гигантскими гребными колёсами и, соответственно, недооценка им гребного винта, и нелепая гибель в начале службы первого винтового фрегата «Архимед» стали причиной того, что к Крымской войне русский флот пришёл с шестнадцатью пароходо-фрегатами и только одним винтовым фрегатом. Пароходо-фрегаты представляли собой несомненный шаг вперёд по сравнению с парусниками, избавившись, наконец, от воли ветра, как и очевидны были их уязвимые места - беззащитные перед снарядами гребные колёса, механизмы частично выше ватерлинии, низкая скорость вследствие полных обводов, перебои машин в штормовом море, недостаточная парусность. То есть, они не были полноценными пароходами и не были полноценными фрегатами. Тем не менее, черноморские пароходо-фрегаты приняли посильное участие в Крымской войне, а «Владимир» в первом в мире трёхчасовом морском бою паровых судов взял в плен турецкий пароход «Перваз-Бахри», кормовой флаг которого ныне хранится в ЦВММ. Что же касается балтийских, то война поставила крест на постройке кораблей этого класса и только в 1858 году вместо списанных балтийских «Храброго» и «Смелого» вступили в строй одноимённые корабли, да в 1870 году на замену списанного «Рюрика» вступил в строй другой «Рюрик». Больше пароходо-фрегатов Россия не строила. Находившимся в строю девяти пароходо-фрегатам были оставлены задачи береговой обороны, а по большей части конвоирование яхт и собственно яхтенная служба, выражаясь словами адмирала И.А. Шестакова: «Опасаясь шхер, мы берегли неуклюжие колёсные пароходы, привыкшие перевозить только двор и иностранных принцев». Предлагаемая вниманию читателя книга посвящена истории этих несовершенных, но долго служивших кораблей Русского Императорского флота. Книга богато иллюстрирована репродукциями картин, гравюр, фотографий, чертежей и схем.