Белла Арфуди: Жизнь не-Ивана

История о поиске идентичности Кавказ Абдулмаджид вырос в дагестанском ауле, где ни у кого не было точного адреса, — в паспортах жителей просто значилось «село Н». Однажды туда на лето приехала белокурая девочка Ася, и следующие несколько недель мальчик и девочка своими шалостями не давали покоя всей округе. Ася не может выговорить имя нового друга и спрашивает, как его зовут «по-русски». Так, Абдулмаджид «стал» Иваном. Однажды детские проказы вышли из-под контроля: Абдулмаджид и Ася увели в горы немого сына каменщика Мусы, который там потерялся. Все обошлось, но удивительным образом это событие повлияло на самоощущение Абдулмаджида: чувство вины, жажда искупления открыли ему что-то новое в себе. Время шло, Абдулмаджид уехал из родного села, поступил в московский вуз и там впервые столкнулся с тем, что значит быть непохожим на остальных. «Иван» — продолжал он представляться, одновременно желая слиться с окружающими и сгорая от стыда за предательство самого себя. Абдулмаджид стал писателем; рассказы дебютной книги он населил персонажами — людьми, которых он когда-то встречал дома, на Кавказе. Они отражаются в нем, а он в них, чужие голоса помогли обрести Абдулмаджиду собственный. «Жизнь не-Ивана» — история о поиске идентичности и призвания, о том, каково быть чужаком, одиноким в большом городе, и о силе корней. Серия «Азбука. Голоса» издательства «Азбука» объединяет современную русскоязычную прозу, в которой авторы экспериментируют с формой, затрагивают острые социальные темы и исследуют человеческую психологию. Если вам нравятся книги из этой серии, возможно, вам подойдут произведения в схожих жанровых и стилистических ключах. Вот несколько направлений и авторов, чьи работы могут быть интересны: В серии есть книги, которые глубоко погружаются в повседневность и человеческие трагедии («Радиус хрупкости» Ольги Птицевой о жизни в моногородке). Похожие темы затрагивают, например, произведения Захара Прилепина или Евгения Водолазкина. Некоторые книги серии («СНТ» Владимира Березина о дачной мистике) сочетают бытовую реальность с иррациональным. Среди похожих авторов можно назвать Татьяну Мастрюкову («Приоткрытая дверь»), Алексея Сальникова («Петровы в гриппе и вокруг него») или Виктора Пелевина (поздние романы). В серии есть произведения, которые исследуют юность, взросление и кризис самоопределения («Электрические киты» Александра Касаверде). Среди похожих тем — романы Евгения Водолазкина («Лавр»), Гузель Яхиной («Зулейха открывает глаза»).